Чем зарабатывал на жизнь в 18 веке предок Бракаровых?

 

У всех наро­дов и во все вре­мена существо­вало огромное! количество служб и должностей, испол­нение которых преследовало цель «учё­та и контроля» за землепашцами и про­мышленниками, а так же и вообще за порядком в государстве или в отдель­ном частновладельческом хозяйстве. Со временем эти названия вышли из обихода и сохранились лишь... в фамилиях.

Пусть Вас не обманывает «про­стота» и «прозрачность» фамилии При­казчиков. Прозвание 'приказчик' в про­шлом имело множество значений. При­казчиком, приказщиком или прикащиком на Руси издревле называли дове­ренное лицо, управляющего, человека, ведавшего по чьему-либо поручению производственными, торговыми или иными делами. В грамоте 1442 года сохранилась следующая запись: «А хто чего взыщет на игумене или на его приказщике, ино их сужу яз, великая кня­гиня сама». Но существовало и немало диалектных значений этого названия. Например, в Сибири приказчиками на­зывали скупщиков пушнины; на Севере — служащих, принимающих на приста­ни рыбу от рыбаков; на юге России даже в XX веке приказчиком называли брига­дира; во многих говорах так называли управляющего магазином. Возможно, в других регионах или отраслях суще­ствовали и иные значения этого про­звания. В древних документах указания на тот факт, что человек исполняет дол­жность приказчика, весьма часты: Бу­лат Репьев, Муромский городовой при­казчик, 1629 г; Богдан Сахаров, приказ­чик при Суздальском архиепископе,1636 г. По данным за 2000 год, только в Москве проживает более 120 семей Приказчиковых. Есть ещё и Приказчи­ки, Прикащиковы, Приказщиковы и даже Прикасчиковы.

А, скажите, чем зарабатывал на жизнь родоначальник Воротниковых? Не стоит думать, что шитьё воротников могло быть особой, отдельной профес­сией. Воротниками в старину называ­ли хранителей городских ключей, стра­жей городских ворот. Тех же, кто хранил ключи не общественные, а от частно­владельческих хозяйств, называли ключниками или клюшниками: Гридя Страхов, княжеский ключник, 1498 г. Пантелей Усов, Московский дворцовый ключник, 1598 г. При князьях и боярах  должности ключников занимали, как прави­ло, прибли­жённые к  хозяину дворца или дома опытные и неплохо образованные люди (нередко из зажиточных семей). А в помещичьих хозяйствах ключники или ключницы бывали и из крепостных. Их потомки — Ключниковы и Клюшниковы.

О профессии, главное назначе­ние которой — следить за качеством продукции, напоминают такие загадоч­ные фамилии, как Бракаров, Бракар, Бракарь и Бракоренко. Ъракаром', 'бракарем' называли сортовщика, спе­циалиста, который занимался браков­кой, сортировкой товара (распределе­нием его по сортам, в зависимости от качества). Слово 'брак' пришло в рус­ский язык из немецкого ("изъян, недо­статок") во времена реформ Петра I (в польских и белорусско-украинских го­ворах оно появилось раньше). На Руси 'браком' стали называть и сам процесс определения сорта товара по его ка­чествам, добротности (в соответствии с установленными требованиями). «Обоим тем товарам (пеньке и льну) брак учинить», — такое предписание со­держится в документе XVIII в. От этого слова и возникли распространённые в прошлом варианты названия профес­сии 'браковщик', 'бракар', 'бракарь' и повторяющее немецкое произношение — 'бракер': «бракари ответствовать имеют за доброту и верную связку или укладку товаров...», «при лесных  и стру­говых товарах учреждённым бракерам велено быть по прежнему присяжны­ми...», «должно имети искусных браков­щиков во всяких материалах, которые браку подлежат» (XVIII в.). Интересна история фамилии Целовальников. Целовальниками на Руси издавна называли тех, кто зани­мал особо ответственную должность, как правило, связанную с торговлей и финансами (следили за сбором пода­тей и правильным исполнением судеб­ных решений). Вступавший в эту долж­ность присягал, клялся в неподкупнос­ти и целовал в подтверждение своей ис­кренности крест: отсюда и произошло название должности — 'целовальник'. Бывали целовальники и выборные: для лучшего исполнения своих обязан­ностей целовальник должен был пользоваться среди местного населе­ния авторитетом. В Списке торговых людей Гостиной сотни начала XVII в., за­писаны: «Кирило, в целовальниках у города (речь идёт о Москве)», Микита Овдокимов, «у города у Архангельсково в целовальниках». Правда, позднее заня­тия целовальников были сведены в ос­новном к содержанию питейных заведе­ний. Известно, что кабатчики, корчма­ри, шинкари, харчевники (так они про­зывались в различных землях восточных славян) нередко пользовались «недо­зволенными» методами для того, что­бы «привязать», или, говоря по-просто­му, закабалить безденежных любителей зелёного змия. По этому поводу народ сочинил немало пословиц, чаще нели­цеприятных. Тем не менее, в фамилиях сохранились упоминания и об этих про­фессиях: Целовальников, Кабатчиков, Корчмарь, Корчмарёв, Корчмарук, Шинкаренко, Шинкарук, Шинкарёв, Шинкарюк, Харчевников и др.

Существует и фамилия Мытарев. Мытом в старину называли место, где собирались торговые пошлины, т.е. та­можню. Впрочем, многие Мытаревы могут быть обязаны своей фамилией родоначальнику не по роду его службы, а лишь за «ну очень» сложный и неужив­чивый характер. Но, разумеется, не ос­тавался незамеченным среди земляков и факт принадлежности предка к этой, в общем-то, очень нужной и полезной для государства профессии: только в Москве проживает более 60-ти семей Мытаревых. Людей, собирающих с населения ка­кие-либо платежи, подати, называли ещё и сборщиками: отсюда современ­ная фамилия Сборщиков. В грамоте 1568 года сообщается: «Царев и вели­кого князя целовалник, данъных денег збощикъ Соли Вычеготцкие Иван Яков­лев сын Паламошной». Сборщиками на­зывали и тех, кто отвечал за сбор слу­жилых людей для отправки к месту служ­бы: «Детей, государь, боярских тверичъ сборщики, князь Иванъ Елецкой съ товарыщы... по имяннымъ спискомъ со­брали всехъ сполна» (1585 г.). Существо­вало и определение «посошный сбор­щик». Посошная повинность заключа­лась в том, что каждое селение по коли­честву трудоспособных мужчин («по сохе») должно было выставлять в войс­ка сроком на год или более, либо на пе­риод военного похода определённое число воинов. Документ 1591 года со­общает: «Все мы, поручники... выручи­ли есмя у Истоми у Больянинова да у подьячево у Федора у Панова, у посошныхъ зборщиковъ, своего Кременицкого погоста посошного пешего Игнатка Минъна сына».

Нельзя не упомянуть и о главной в старину на Руси выборной должности — старостах. Были старосты всегородские, сельские, барские, посадские, губ­ные (губернские), волостные, земские, церковные, купецкие и пр. Например, церковный староста избирался или приглашался приходом и считался хо­зяином церковного имущества и сбора, а губной староста вёл уголовные дела, был уголовным судьёй. Звали церков­ного старосту и иначе - ктитор, что в переводе с греческого языка означает «строитель, создатель». Первоначаль­но, в Византии общественные церкви обычно строились частными лицами на собственные средства (они же приоб­ретали наследственное ктиторское право и распоряжались доходами хра­ма). Вплоть до XVII века такая традиция была распространена и на Руси: мно­гие русские ктиторы также были факти­ческими владельцами построенной на их средства церкви. Но со временем церкви стали строиться в основном на общественные деньги, а ктиторами ста­ли  называть людей, избранных из числа наиболее уважаемых прихожан и утвер­ждённых архиереем: их обязанностью был контроль за расходованием церков­ных средств. В обиходе же непривыч­ное название 'ктитор' чаще произноси­лось как 'титор', 'титар' или 'титарь'. Отсюда и возникли фамилии: Титар, Титарев, Титаренко, Титаренков, Титаров, Титаровский, Титарчук, Титарь, Титор, Титорев, Титоренко, Титоров, Титорук, Титорчук и, конечно же, Ктитарев, Ктитаренко, Ктитаров, Ктиторенко, Ктито­ров и Ктитров.

В народе сельского старосту назы­вали ещё и старшина, большак. Поэто­му, во многих случаях, фамилии Старшинин и Большаков также являются «родственными». Но следует помнить, что многие из «административных» про­званий могли использоваться и в каче­стве личных прозвищ. Распространён­ность фамилии Бурмистров (только в Москве — более 1300 семей Бурмистровых) связана отчасти и с этим явле­нием. Бурмистром называли земского, таможенного или кабацкого старосту, собиравшего таможенные, окладные, кабацкие и другие сборы. В России эта должность была введена по городской реформе 1699 года, в землях Речи Посполитой бурмистры известны с XIV века. Бурмистром называли также уп­равляющего помещичьим имением. Со временем возникло и личное прозвище Бурмистр, которое употреблялось в значениях «барин», «сердитый» или «упрямый человек». Возможно, именно так получили свои прозвания Касьян Бурмистр, казак Брацлавского полка и Яким Бурмистр, казак Полтавского пол­ка, упоминаемые в «Реестре Войска Запорожского» в 1649 г.

Разумеется, этим списком пере­чень фамилий, сохранивших упомина­ния о названии должности, которую в определённый период своей карьеры занимал родоначальник, далеко не ис­черпывается. Более подробный рассказ о них вы найдёте в моей будущей науч­но-популярной книге об антропонимии.

 

В.О. Максимов

Генеральный директор

ИИЦ «История Фамилии»


Главная